Я проходил шаги, чтобы стать СЧАСТЛИВЫМ

Всем привет. Меня зовут Игорь – алкоголик, наркоман, созависимый (до 2012 года), еще православный священник и психолог. Две последние опции, к слову, тоже диагноз, но избавляться от этого я пока не хочу. Я – в поисках смысла своей жизни. Она ведь должна иметь смысл, а иначе, зачем это все было. И я его нашел, вернее, в большинстве жизненных ситуаций я вижу смысл, я вижу себя и смысл. Но так было не всегда. 38 лет было с точностью наоборот. Я жил, страдал, обезболивался и заходил в тупики. Тупики я привык решать уходом из жизни, кардинально. Если жизнь против меня, я из нее уходил. Так произошло семь попыток самоубийства, из которых три раза я был на полном серьезе. Но моя Высшая Сила меняла законы химии и биологии, тыча меня как котенка в жизнь. «Нет, ты не понял, ты должен жить» – говорила моя Высшая Сила, и я открывал глаза в реанимации. Потом и этот процесс потерял для меня смысл, и пришлось-таки послушать Бога и начать учится.

«Нина, передай этому подонку, чтобы заткнулся»

Но все по порядку. Все мы родом из детства, и я не исключение. Про детство, но серьезно, с высоты прожитого. Мне очень жаль моих родителей, теперь, после 4-го шага, жаль. Им очень сильно поломали голову. Я только помню, что они совсем молодые родили меня и решили взбунтоваться против своих родителей. Жили мы по времянкам, денег не было, поэтому съезжали по ночам, чтобы не платить за аренду. Игрушек я не имел, но даже то, что у меня было и чем я очень дорожил, в ночных побегах никто не забирал. Есть тоже было нечего. Родители питались по ресторанам и кафе, но «дома» был только хлеб. Им нужно было держать марку. Отец мог отыграть свадьбу (он музыкант). На эти деньги, они покупали маме золотой перстень. У них не было приличной одежды, чтобы раздеться в кинотеатре, но золото было. Это была их защита. Еще отец считал, что он гениальный пианист, которого не признал мир, а мама, конечно же польская дворянка из рода композиторов. Но тут главное, как было мне. Отец испытывал ко мне садистическое отвращение на всех уровнях. Если я чего-то касался, он это протирал одеколоном. Мать была демократичнее, как бы «добрее», я – как придаток для знакомых девочек. Я был сервизом, который нужно было протирать, как к человеку ко мне никто никогда не относился. Отец всю жизнь, обращаясь ко мне, передавал все через маму: «Нина, передай этому подонку, чтобы заткнулся». А я все рос, и уже игнорировать мое существование было как то неуместно, поэтому отец просто ставил меня лет в пять перед собой, бил ладонью по голове, и как гюрза шипел слово «сссссука». Они – не бомжы, интеллигенты, закончили музыкальное училище… Было ли у меня в детстве что-то хорошее? Трудно сказать.
Когда у меня уже четко классе в первом, появилось сознание, у мамы возникла потребность как-то это все объяснить и мне, и окружающим. И она объяснила. После того, как в 26 лет я узнал, что все это неправда, про польских дворян, гениальные «секретные» сочинения папы и прочее, они перестали со мной общаться, до сих пор. Недавно я встретил их, подошел, но мать просто прошла мимо, а отец спросил, разве мы знакомы?

Тюрьма – спасительный остров

Я подхожу к зависимости. Эмоционально я жил, учился жить, как в аду. Подонок не может иметь самооценку, свое мнение, ничего. Даже включать телевизор. Уходя, отец забирал от него шнур, как и от проигрывателя. Но у меня все же появилась любимая джазовая пластинка, с песней «Down in Вrasil» Жобима. Когда папа понял, что я это люблю, то разбил мне ее об голову на маленькие кусочки. В общем, в 12 лет я напился спирта до реанимации. Опьянение было «волшебным путешествием» в прекрасный мир, полный красок, любви, радости и свободы. Я пил, пил, пил, и проснулся в детской реанимации. Все были в шоке, да и я тоже. Меня забрали, и не сказали ни одного слова, и я затаился до 14 лет. Мой старший друг уходил в армию, ему продавали вино «Алиготе». Мы ходили на Днепр, я выпивал бутылку с горла, потом минут 15 был, как в раю, потом наступала рвота, и в состоянии «в говно» мы ехали домой, в общежитие. Моего друга не радовали такие приключения, но у меня появилась жесткая хватка зависимого. Я находил 1,20 руб. и под любым предлогом умолял его купить Алиготе. Сценарий тот же: нирвана, рай, рвота, «в говно». Остановила меня первая любовь, прекрасное, высокое чувство. Это длилось год, это была сказка. Она была старше на 6 лет, мы познакомились в школе, я староста класса – она практикантка института. Как истинный зависимый, я хотел обязательно на ней жениться. Конечно же, дарил ей золото. Откуда? – подрабатывал после школы сантехником. Нет худа без добра. Когда она мне изменила, то первые об этом узнали родители. Дело в том, что она унизила их «дворянскую гордость» и я в пакостных деталях узнал от папы, как она занимается гнусным сексом с новым человеком. С матами и улюлюканиями они читали вслух мои стихи, посвященные ей. При этом добавлялия очень взрослые комментарии, и я первый раз пошел в туалет с лезвием. В 16 лет я нашел то, что по-настоящему изменило мою жизнь – тяжелые вещества. Все, точка. Дальше все банально, больно, стандартно. Быть мамой наркомана понравилось моей маме, и всю свою жизнь она способствовала этому процессу. Как? В основном ставя бутылку водки на стол, когда я с утра приходил домой покушать. Дальше, естественно, тюрьма. Но для меня это был спасительный остров. Там я первый раз в жизни, в карцере испытал счастье без вещества, просто потому что я ЕСТЬ. Это была отправная точка моего выздоровления. После тюрьмы я уверовал в Бога, получил высшее образование, стал священником, психологом, но тюрьмы и знаний было мало, чтобы стать Человеком, хорошо, но слишком мало. Я не умел строить отношения, доводить до конца дела. Бог наделил меня многими талантами, но их нужно было шлифовать, а такой возможности в 1997 году у нас не было – ни программы, ни групп, ни психологов.

Срыв, длинною в 8 лет и… начало новой жизни

Взлетев на самый верх, после шести лет триумфа я упал в срыв, который длился с 2000 года до 2012-го. Бесконечные психушки, наркологии, и это, уже будучи известным священником. Больно. Ведь все меня считали вырвавшимся из ада, примером для остальных, а я торчал. Рушилось все: здоровье, семья, абсолютно все. Конечно, была реабилитация, при чем аж пять. Конечно, я писал бесконечные ответы на вопросы. Но когда спрашивал, а как это все относится ко мне, «консультанты» или молчали в ответ, или называли список того, что я «обязан сделать». Например, простить родителей. Да без проблем, а за что их прощать? Конкретно? Опять тишина. Обидно, 1000 баксов в месяц, и тишина. Потом надоело, и я начал просто жить, влачить существование. В чем то, спасала заместительная терапия, хотя на ее фоне я продолжал и пить и догоняться всем остальным, но все же.
Путь к себе и смыслу жизни начался со встречи с психологом Татьяной. Она «видела» меня, не осуждала, и ничего не требовала. Она обладала уникальным чутьем, как открыть мне правду о себе, но делать это на том уровне боли от правды, который я мог пережить трезвым. За год работы с ней я многое понял. Потом, произошло какое-то чудо, какой то «щелчок». Я очень смутно, как в тумане, начал, где-то в глубине видеть свое лицо, себя настоящего, такого, каким меня создал Бог. Мне было больно, я после работы выпивал снотворное, чтобы уснуть, но я перестал пить, вообще. Мне стало страшно «выходить» из реальности. Положа руку на Библию, я скажу, что много раз, позже я пробовал пить, но даже после маленького глотка мне становилось страшно и плохо. Потом я просто перестал пробовать и забыл эту тягу, навсегда. Трезвость давала свое, я рос, менялся, работал над собой, как мог. Раз в месяц, когда прикручивало, я снова приходил к Татьяне, мы все разбирали, я делал выводы, в какую бетонную стену я бьюсь головой в этот раз. Прошло лет пять, но мне этого было мало. И как то случайно в Ютубе, я увидел очень интересный материал одного анонимного алкоголика. Меня это поразило – «как же классно, подумал я». Оказалось, он говорил о шагах и Большой книге. Это был инсайт и много «добрых» слов в адрес моих «реабилитологов». Ведь все же на поверхности! Почему мне раньше никто не говорил, что есть эта книга! Конечно, я ходил на определенные собрания, конечно я пил много чая «Пуэр», конечно я, как все, каждый вечер пять минут жаловался на жизнь. А оно оказалось вон как, совсем наоборот. В общем, хочешь выиграть в казино – купи его. Так зимой в моем городе появилась группа АА и я начал делать шаги. Не для трезвости, а чтобы стать счастливым. Уже можно и такую цель себе поставить. Я простил родителей, теперь понимая за что, и если им нужна будет помощь, я с радостью ее окажу. Они совсем опустились, живут в полной бедности и забытьи. Но встречая меня, отец все равно проходит мимо, я думаю ему страшно со мной говорить, а зря. Сейчас я понимаю, что может болезнь духа сделать с человеком. Я помогаю другим зависимым. Мой опыт, и я, превратились в интересный фрукт в этом смысле))). Если Бог благословит, я сделаю когда-нибудь кризисный центр для самоубийц и зависимых, пока – это мечта, но я не парюсь особо, ведь я сделал третий шаг, значит все будет хорошо!

Игорь, Черкассы

  • Posted by Anatoliy
  • On 20.09.2018
  • 0 Comments
  • 0 likes

0 Comments

Leave Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *